Главная · Интернет магазин · Новости · Контакты · Поиск · Карта сайтаThursday, June 29, 2017
Навигация
Главная
Интернет магазин
Видеонаблюдение
Спутниковое телевидение
Спутниковый интернет
Библиотека
Файловый архив
Часто задаваемые вопросы
Фотогалерея
Контакты
Поиск
Проверить свободный домен
Определить тИЦ и PageRank
§ 1. Потерпевший и его роль в механизме совершения преступления

Действия преступника часто зависят не только от его личностных особенностей, наклонностей и стремлений, но и от поведения потерпевшего, который своими неосторожными, аморальными и противоправными поступками может подать «идею» преступления, создать криминальную обстановку, облегчить наступление преступного результата. Поэтому при анализе роли конкретной жизненной ситуации в совершении преступления необходима всесторонняя и объективная оценка значения поведения потерпевшего.

Учение о жертве преступления — виктимология (victima — жертва) — часть более широкого учения о жертвах не только преступлений, но и последствий несчастных случаев, природных и техногенных катастроф, эпидемий, войн и иных вооруженных конфликтов, политических противостояний. Поэтому можно говорить о виктимологии в широком и узком смысле. В первом случае она захватывает не только право и криминологию (последняя создает общее учение о жертве преступления), но и ряд других наук, в том числе психологию и психиатрию. В узком смысле в виктимологии заинтересованы (помимо криминологии) уголовное право, уголовный процесс, уголовно-исполнительное право, криминалистика, судебная психология, судебная психиатрия. Уголовное право — чтобы решать проблемы квалификации преступлений и определения наказания преступникам; уголовный процесс — принимать процессуальные решения с учетом личности и поведения жертв; криминалистика — строить следственные версии, определять тактику отдельных следственных действий; уголовно-исполнительное право — решать вопросы изменения правового положения осужденного и его досрочного освобождения; судебная психология — устанавливать мотивы преступного поведения, выявлять социально-психологические особенности взаимодействия преступника и жертвы; судебная психиатрия — выявлять патологические особенности личности потерпевших, а также преступников, которые проявились в процессе их взаимодействия с жертвами.

В настоящее время, когда криминология располагает необходимыми материалами о личности преступника и его поведении, продолжает ощущаться потребность в сведениях о тех, кто становится жертвой насилия или кражи. Знание этих лиц, их анализ и обобщение данных о них наряду с изучением личности преступника может помочь лучше определить направление профилактических мероприятий, выделить группы людей наиболее часто подвергающихся тому или иному общественно опасному посягательству, т.е. установить группы риска и «работать» с ними.

Изучение поведения и личности потерпевших от преступлений имеет цель:
— более углубленное понимание природы и причин преступного поведения, ситуаций, которые предшествовали преступлениям, сопутствовали им и последовали после их окончания;
— определение того ущерба (материального, духовного, нравственного, психологического и др.), который наносится отдельными преступлениями и преступностью в целом;
— успешная профилактика (предотвращение, пресечение) преступлений.

Наряду с понятием виктимологии часто используется термин «виктимность». Его можно понимать в двух смыслах: как предрасположенность отдельных людей стать жертвой (в криминологическом аспекте — преступления) и как неспособность общества и государства защитить своих граждан. В современной России виктимность во втором, более широком смысле стала одной из наиболее болезненных социальных проблем. Состояние виктимности в этом плане является отражением состояния законности.
Термин «виктимизация» означает наращивание опасности для людей стать жертвой.
В литературе часто используется понятие «виктимное поведение», что, строго говоря, означает «поведение жертвы». Однако это понятие обычно используется для обозначения неправильного, неосторожного, аморального, провоцирующего и т.д. поведения. По-видимому, использование данного термина в таком смысле неоправданно. Виктимной нередко именуют и саму личность, имея в виду, что в силу своих психологических и социальных характеристик она может стать жертвой преступника.

В целом криминологическая виктимология изучает:
— социологические, психологические, правовые, нравственные и иные характеристики потерпевших, знание которых позволяет понять, в силу каких личностных, социально-ролевых или других причин они стали жертвой преступления;
— место потерпевших в механизме преступного поведения, в ситуациях, которые предшествовали или сопровождали такое поведение;
— отношения, связывающие преступника и жертву, причем как длительные, так и мгновенно сложившиеся, которые часто предшествуют преступному насилию;
— поведение жертвы после совершения преступления, что имеет значение не только для расследования преступлений и изобличения виновных, но и для предупреждения новых правонарушений с их стороны.

Без анализа поведения и личности потерпевшего, его реакций на действия преступника подчас невозможно определить, почему практически одинаковые преступные посягательства со стороны одних и тех же лиц далеко не всегда приводят к одним и тем же желаемым для преступника результатам. Во многих случаях, особенно при совершении преступлений в острой конфликтной ситуации, между преступником и потерпевшим существует тесное социально-психологическое взаимодействие и последний принимает самое активное участие в возникновении криминогенной ситуации. Такое взаимодействие особенно часто можно встретить при анализе насильственных преступлений в семейно-бытовой сфере, сексуальных преступлений и некоторых других.

Иногда объективная и адекватная оценка личности и поведения потерпевшего дает возможность объяснить тот или иной преступный акт. При рассмотрении большинства преступлений мы имеем дело с неизвестным нарушителем закона и известной нам жертвой. Но даже такое знание (знание жертвы и ситуации) дает нам немало данных для понимания механизма совершения преступления, осуществления профилактики преступления, для распознавания возможных жертв, потенциально угрожающих ситуаций и таких факторов, которые способствуют развитию опасного взаимоотношения между преступником и жертвой.

Высшие судебные инстанции бывшего СССР и России неоднократно обращали внимание судов на необходимость тщательного исследования данных, относящихся к личности потерпевшего, и его поведения во время происшествия. Они отмечали, что эти данные следует использовать при определении степени общественной опасности подсудимого и назначении наказания; в ряде случаев они могут иметь значение и для раскрытия обстоятельств преступления, в особенности мотивов его совершения. Решая вопрос о содержании умысла виновного по такого рода делам, судам следует исходить из совокупности всех обстоятельств совершенного преступления и учитывать, в частности, предшествующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Уголовный закон РФ содержит ряд указаний на то, что безнравственное поведение потерпевшего может служить обстоятельством, смягчающим наказание, или основанием квалификации преступления как менее тяжкого. Так, ст. 61 УК РФ среди обстоятельств, смягчающих наказание, называет противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. Статья 107 УК РФ говорит об убийстве, совершенном в состоянии сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего. О тех же обстоятельствах говорится в ст. 113 УК РФ применительно к причинению тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта.

Нравственной основой виктимологии могла бы стать идея, что человек и общество должны иметь достаточно материальных и физических качеств, этических и юридических оснований активно сопротивляться преступным посягательствам, а отдельные люди обязаны проявлять необходимую осмотрительность и надлежащую воспитанность эмоций, и не совершать аморальных и противоправных действий, чтобы, как правило, самим не подавать повода для совершения того или иного преступления. Вместе с тем нужно учитывать наличие относительно небольшой группы людей с мазохистскими наклонностями, которые стремятся стать жертвами насилия и провоцируют на него других лиц. Это стремление носит бессознательный характер.

В системе «личность — ситуация» потерпевший должен рассматриваться как один из обязательных элементов ситуации, т.е. как «предмет» преступного посягательства. Действия потерпевшего, как противоправные, так и неосторожные, относятся к числу обстоятельств, способствующих достижению преступного результата. Наряду с другими элементами ситуации потерпевший, взаимодействуя с преступником, способствует выработке у него волевого акта совершить преступление. Поведение потерпевшего, несомненно, оказывает влияние и на уяснение лицом последствий своих предполагаемых преступных действий.
Перед совершением преступления и при совершении преступления происходит столкновение двух личностей (пли групп личностей) со всеми присущими им особенностями. И если под причинами конкретного преступления понимать некоторые психологические особенности, антиобщественные взгляды, стремления, наклонности и другие отрицательные черты личности преступника, порожденные вредными социальными воздействиями на него, то и поведение потерпевшего детерминировано главным образом его социальным бытием, его личностными, психологическими особенностями.

Как и будущий преступник, будущий потерпевший оценивает сложившуюся конкретную жизненную ситуацию и часто поступает в зависимости от результатов оценки, а также в силу своих взглядов и наклонностей, психологических и иных возможностей. Он взаимодействует не только с будущим преступником, но и с другими элементами ситуации.
Все то, что может быть сказано о поведении будущих преступников в предпреступной жизненной ситуации, об их воздействии на ситуацию для создания наиболее благоприятной для себя обстановки, полностью относится к тем потерпевшим, которые создали криминогенную ситуацию своими «провоцирующими», часто преступными действиями. Противоправным и неосторожным поступкам потерпевших предшествует их взаимодействие с различными элементами ситуации, что порождает новую, криминогенную ситуацию, воздействующую на будущего преступника и в определенной мере обусловливающую совершение им уголовно наказуемых деяний.

В предпреступной ситуации, в которой будущий преступник «сталкивается» с будущим потерпевшим, создается своеобразная система «преступник — потерпевший», которая является подсистемой более крупной системы — «преступник — ситуация». Жертва — элемент ситуации. Стороны подсистемы взаимодействуют между собой, в связи с чем преступления, «выросшие» из таких ситуаций, можно условно назвать «преступлениями отношений». Именно перед совершением и при совершении преступлений такого рода имеет место выработка каждым участником своих представлений о «противной» стороне и о ситуации в целом.
Во многих случаях жертва — активный элемент в предпреступной ситуации и в динамике преступного деяния. Иногда лишь случай решает, кто будет потерпевшим, а кто — преступником; возможно совмещение преступника и жертвы в одном лице; одно и то же лицо в одном и том же эпизоде может быть попеременно и преступником, и жертвой. Так бывает в обоюдной драке или при сведении счетов между конкурирующими преступными сообществами, мести их членам и т.д. Последнее имеет немалое распространение в современном российском криминальном мире, при этом иногда страдают посторонние люди.

Действуя как активный элемент ситуации, потерпевший своим поведением может привести преступника в состояние сильнейшего аффекта, страха, ненависти, ярости с сильными психомоторными реакциями, которые внезапны, а иногда даже и нежелательны для преступника. Этим нередко объясняется, что вор, грабитель или насильник превращается в убийцу, хотя перед совершением преступления он вовсе не намеревался убивать потерпевшего. В других случаях будущая жертва постоянными унижениями и оскорблениями приводит будущего преступника в аффективное состояние и тем самым провоцирует его на насилие. Потерпевшие могут быть совершенно не виновны в возникновении криминогенной ситуации; виновны в этом так же, как и преступник; даже виновны больше него, например, когда они своими уголовно наказуемыми действиями провоцируют другое лицо на совершение преступления. Разумеется, понятие «вина» применяется здесь в криминологическом смысле и существенно отличается от аналогичного понятия в уголовном праве. О вине потерпевшего можно говорить лишь тогда, когда его поведение способствует возникновению преступного умысла и его реализации. В этом же смысле необходимо понимать и «провокацию» со стороны жертвы, выражающуюся в вызове определенных явлений, побуждений к конкретному действию. Криминогенная ситуация может порождаться и неосторожным поведением пострадавшего.

Исходя из поведения потерпевшего, ситуации, предшествующие преступлению, можно разделить на три группы.
1. Ситуации, в которых действия потерпевших носят провоцирующий характер, содержат в себе повод к совершению преступления (насилие и т.д.). Это противоправное или (и) аморальное поведение.
2. Ситуации, в которых действия потерпевшего носят неосторожный характер, создавая тем самым благоприятные условия для совершения преступления (например, оставление без присмотра личных вещей в таких местах, где относительно велика возможность их похищения). Неосторожность поступков потерпевшего понимается, конечно, не в уголовно-правовом, а в криминологическом смысле.
3. Ситуации, в которых действия потерпевшего являются правомерными, но вызывают противоправное поведение преступника (например, правильная критика в адрес человека, нетактично ведущего себя в общественном месте, порождает с его стороны насилие по отношению к сделавшему замечание лицу).

Разумеется, следует учитывать, что во многих ситуациях поступки потерпевших (и правомерные, и аморальные, и противоправные, и неосторожные) практически не влияют на действия преступника, не препятствуют и не способствуют им. Это как раз те случаи, когда ситуация не играет какой-либо существенной роли в генезисе преступления. Преступник здесь является творцом ситуации и ее главным действующим лицом. Потерпевший и его интересы не играют для него никакой роли.
Чаще всего потерпевшие предпринимают все необходимые меры предупреждения преступлений, активно сопротивляются преступным посягательствам, находят силы устоять перед «соблазнами», угрозами или насилием. Охрана собственного имущества, соблюдение элементарных правил личной безопасности всегда были нормой поведения. Однако в зависимости от вида преступления потерпевшие играют более или менее значительную роль в создании криминогенной ситуации и, следовательно, могут быть классифицированы по этому основанию.

В частности, внимание многих криминологов привлекает роль потерпевших при совершении тяжких и особо тяжких преступлений против личности, в частности убийств (в год жертвами убийств и покушений на них становятся около 30 тыс. человек).
Конкретные лица могут быть как бы предназначены стать жертвой преступления в силу, во-первых, своих психологических и поведенческих особенностей и, во-вторых, ролевой специфики и групповой принадлежности. В том и другом случае поведение может быть «виновным» либо «невиновным», иными словами, человек может обладать «виновной» либо «невиновной» предрасположенностью стать жертвой преступления. Психологическая предрасположенность стать жертвой предполагает наличие таких личностных черт, как излишняя доверчивость, неосмотрительность, повышенная вспыльчивость и раздражительность, агрессивность, а в поведении — склонность к авантюрным, наглым, несдержанным поступкам. К этой же группе нужно отнести тех, кто, обладая психологической предрасположенностью, еще и ведет определенный образ жизни, вращаясь среди тех, кто представляет для них опасность. Это — бродяги, проститутки, наркоманы, алкоголики, профессиональные преступники.

Поведение лиц, которые становятся жертвами преступлений в силу своей профессиональной деятельности («профессиональная виктимность»), ролевых статусов или групповой принадлежности чаще всего является невиновным. Это, во-первых, кассиры (инкассаторы), экспедиторы, водители такси, работники милиции, предприниматели, политические деятели и т.д.; во-вторых, те, кто принадлежат к разным национальным, религиозным и иным социальным группам и могут быть подвергнуты насилию во время межнациональных, межрелигиозных (межконфессионных) и других конфликтов.

Жертвами иногда становятся лица, которые по каким-либо причинам «обременительны» для преступника, и убийство является средством уклонения от выполнения обязанностей по отношению к ним, например старые и больные люди, новорожденные, один из супругов, лица, которым преступник должен значительную сумму денег, и т.д. Здесь, таким образом, можно наблюдать острую конфликтную ситуацию.
Жертвами убийцы могут быть лица, которые препятствуют преступнику достигнуть какой-либо цели, в частности мешают совершать преступления. К их числу относятся и лица, охраняющие деньги, ценности или имущество, которыми хочет завладеть убийца.

Весьма распространенными взаимоотношениями между убийцей и его жертвой являются длительные и интенсивные личные, часто интимные отношения. Такие отношения как один из мотивообразующих факторов бытовых убийств и причинения вреда здоровью развиваются, как правило, постепенно, превращаясь в конфликтное, а затем и в агрессивное поведение.
Среди форм виктимного поведения, предшествующего убийствам, следует особо выделить провокацию, т.е. действия потерпевшего в виде угроз, насилия, оскорбления, часто при совместной выпивке. По выборочным данным, 35% убийств и 30% телесных повреждений различной степени тяжести последовало в результате таких действий потерпевших, как побои, издевательства, оскорбления; при этом 57,1% из них были в состоянии алкогольного или наркотического опьянения.

Формы провокации различны. Активная форма провокации — это обычно действия потерпевшего, создающие большую опасность для его жизни, которую он надеется ликвидировать, рассчитывая на то, что провоцируемое лицо в силу своего социального положения, свойств характера или недостаточной физической силы не посмеет ответить ему насилием. Так нередко случается в армии и местах лишения свободы. При совершении бытовых преступлений часто имеет место ошибочная оценка возможной реакции члена семьи, ставшего объектом провокации. Потерпевшие обычно убеждены в том, что семейные традиции или страх удержат провоцируемого от применения насилия. Пассивная форма провокации встречается реже, чем активная, и связана с невыполнением потерпевшим обязанностей, вытекающих из общественных, товарищеских, семейных и иных отношений (например, неуплата денежного долга).
Провокации и в той и в другой форме чаще всего имеют длительный характер и протекают в рамках конфликтных ситуаций. Долговременное неприятное воздействие на психику человека «аккумулирует» в нем ненависть и в конечном итоге может привести к тому, что какой-нибудь мелкий инцидент порождает бурную реакцию. Постоянное провокационное поведение жертвы часто предшествует убийству ближайших членов семьи.

Возможна несознательная провокация, когда будущий потерпевший не отдает себе отчета в том, что его неосторожный поступок может вызвать такую реакцию, которая приведет к опасным последствиям. Однако ни в коем случае не следует считать провокацией, например, справедливые замечания граждан хулиганам и дебоширам, которые из-за отрицательных ориентации и навыков или черт характера могут расценить такое замечание как оскорбление и повод для мести. В этих случаях «виновность» потерпевшего отсутствует, а преступник поступает в соответствии со своим субъективным представлением о сложившейся ситуации, которую он воспринимает неправильно. Таким образом, нельзя расценивать как провокацию любое поведение потерпевшего, противоречащее интересам преступника.

Другой формой виктимного поведения потерпевшего является его неосторожность. Жертвы убийств (как и многих других преступлений), не понимая конечных последствий своего поведения, не принимают необходимых мер предосторожности и создают ситуации, благоприятные для совершения в отношении их преступлений. Многие жертвы не предвидели, что случайные знакомства в ресторанах, выпивка со случайными, нередко враждебно относящимися к ним лицами, поддержание связей с опасной средой, откровенность о наличии у них значительных денежных сумм, оставление без присмотра и охраны квартир, гаражей и т.д., могут привести к тяжелым для них, иногда даже трагическим последствиям.
Провоцирующее или неосторожное поведение потерпевшего, разумеется, может привести к совершению не только убийств, но и других преступлений против личности, в том числе изнасилований.

Ежегодно жертвами изнасилований и покушений на них становятся 13—14 тыс. женщин, однако латентность названных преступлений очень велика, особенно в современных условиях, когда достаточно просто подкупить потерпевшую или запугать ее.
Изнасилованиям нередко предшествует неосторожное, двусмысленное поведение женщин, их недостаточная разборчивость в знакомствах и т.д. Как показывают специальные исследования, значительная часть изнасилований совершается случайными знакомыми потерпевших, с которыми они, как правило, знакомились в тот же день или накануне и о которых не знали ничего, кроме имени. Этому преступлению обычно предшествовало совместное употребление спиртных напитков.

По данным Санкт-Петербургских криминологов, 38,6% жертв изнасилования находились в момент посягательства в нетрезвом состоянии, причем 92,8% из них употребляли спиртные напитки вместе с будущим насильником. А в 13% случаев поведение самой потерпевшей давало толчок к совершению изнасилования (назойливое приставание) (см.: Криминология. Общая часть. СПб., 1992. С. 133). Провоцирующее поведение потерпевшей по делам об изнасиловании заключается, как правило, в том, что женщина допускает создание ситуации, в которой она на основании здравого смысла должна была бы предвидеть возможность совершения полового акта вообще. Основанием для такого предвидения могут быть как внешние условия, в которых женщина находится с мужчиной (например, уединение), так и их эротическая настроенность. «Провокация» со стороны женщины может быть и неосознанной, когда вследствие возраста, неопытности или излишней доверчивости она не осознает провоцирующего характера своего поведения.

В литературе справедливо отмечается, что именно недостаточно благовидное поведение потерпевшей, в определенной мере спровоцировавшей изнасилование, приводит к тому, что многие потерпевшие не сообщают в органы юстиции об этом преступлении.
Потерпевшие обычно играют значительную роль при совершении таких преступлений, как криминальный аборт и заражение венерическими заболеваниями. За редким исключением, когда инициатором криминального аборта выступают близкие потерпевшей, именно потерпевшая проявляет настойчивость, добиваясь производства такого аборта.
Как показывает изучение дел о заражении венерическими заболеваниями, поведение потерпевших почти всегда заслуживает отрицательной оценки. По сути почти все они жертвы собственной нечистоплотности в интимных вопросах; для многих из них случайные связи — норма поведения. Так, по данным Д.В. Ривмана, имели более или менее длительное знакомство с носителем болезни только 9,5% потерпевших, заразились от случайных знакомых, которых знали один-два дня, — 52,4%, совершенно не были знакомы до вступления в половую связь — 38,1%. Во время полового контакта только 33,3% были в трезвом состоянии.
Аморальное, в ряде случаев противоправное поведение потерпевших имеет криминогенное значение и при совершении хулиганства.

Потерпевшие от хулиганства часто сами были в нетрезвом состоянии, что в ряде случаев имеет прямое отношение к развитию криминальных ситуаций. К ним следует отнести приставание, которое повлекло ответные действия, причинившие вред потерпевшему, развязывание драк, оскорбительные действия, т.е. такое поведение потерпевшего, которое в большей или меньшей степени повлекло ответные действия, вылившиеся в совершение хулиганства, связанного с причинением ущерба. Активность потерпевшего в различных случаях может быть самой разной: от провоцирования скандала, драки до неправильного реагирования на поведение другого лица, также приведшего к причинению вреда.
Возникновение ситуаций, предшествующих корыстным преступлениям и способствующих их совершению, бывает связано как с неосторожным, так и с аморальным, противоправным поведением потерпевшего.

Мошенники и взяточники в большинстве случаев пользуются недостаточной честностью, алчностью и корыстью других людей, их стремлением получить те или иные блага и выгоды, не считаясь с законами и требованиями общественной морали, в ущерб обществу и государству.
При совершении краж, грабежей и разбоев виктимное поведение потерпевших иногда проявляется в форме совершения неосмотрительных поступков, непринятия необходимых мер предосторожности. Оно сможет выражаться и в форме аморального поведения, например в доведении себя до бесчувственного состояния путем злоупотребления спиртными напитками. Такое поведение можно назвать неосторожной «провокацией» потерпевшего.

Разумеется, виктимное поведение потерпевших, которое способствовало совершению корыстных преступлений, ни в коем случае не свидетельствует о невысокой общественной опасности виновных и не может расцениваться как обстоятельство, всегда смягчающее их ответственность.
Виктимологическая профилактика — одно из наиболее важных направлений борьбы с преступностью, когда предупредительные усилия реализуются, образно говоря, не со стороны преступника, а со стороны жертвы. Это деятельность правоохранительных органов, общественных организаций, социальных институтов по выявлению и устранению обстоятельств, формирующих «виновное» поведение жертвы, установление людей, составляющих группу криминального риска, и применение к ним профилактических мер. Виктимологическая профилактика может осуществляться как в отношении общества в целом или отдельных социальных групп (например, с помощью средств массовой информации), так и конкретных лиц, т.е. профилактические усилия здесь различны по своим масштабам. При этом названная профилактика должна осуществляться одновременно с выявлением лиц, могущих стать на преступный путь, и воздействием на них. Данное обстоятельство тем более важно подчеркнуть, что нередко будущие жертвы вращаются в том же порочном криминальном круге, что и будущие преступники. Вот почему необходимо изучение уголовной и околоуголовной субкультуры, социально-психологических и иных процессов, протекающих в ее рамках.

Необходимо отметить, что речь идет не только о том, чтобы вовремя пресечь аморальное, неосторожное или противоправное поведение людей, которое может дать повод к совершению преступления, создать для него условия. Разумеется, соответствующая деятельность очень важна и она должна быть самостоятельным направлением в борьбе с преступностью. Вместе с тем виктимологические усилия должны быть сосредоточены и на потерпевших, которым грозит опасность со стороны подозреваемых (обвиняемых, осужденных) и их сообщников, а также и на свидетелях по уголовным делам и сотрудниках правоохранительных органов. По этому пути идет мировая практика, имеется законодательная система защиты жертв преступлений, создаются фонды для оказания им материальной помощи, центры психологической поддержки, потерпевшим предоставляется жилье, в котором они могли бы скрываться от преступников, и т.д. К сожалению, такая работа в России еще только начинается.

По справедливому мнению А.И. Алексеева, мероприятия виктимологической профилактики могут быть сведены в две основные группы. К первой относятся меры, направленные на устранение ситуаций, чреватых возможностью причинения вреда (распространение специальных памяток, извещение граждан о типичных действиях преступников, о необходимых мерах личной безопасности, помощь в защите жилища и имущества, проведение разъяснительных бесед, обеспечение порядка в общественных местах и т.д.). Вторую группу составляют меры воздействия на потенциальную жертву с тем, чтобы восстановить или активизировать в ней внутренние защитные возможности (беседы, обучение приемам самообороны, оповещение о предстоящих ситуациях, контроль за поведением потенциальной жертвы, ориентирование на поддержание постоянной связи с правоохранительными органами и др.) (см.: Криминология: Учебник/Под ред. А.И. Долговой. М. 1997. С. 381—382).

Характер мер виктимологической профилактики зависит от того, каковы особенности тех, кому адресованы соответствующие меры, время, место, способы возможного совершения преступлений, предполагаемые действия преступника и т.д.

Гость
Полезные ссылки:
Красивые заставки

Denise Richards

Denise Richards
Copyright X-COM Company © 2011

Rambler's Top100