Главная · Интернет магазин · Новости · Контакты · Поиск · Карта сайтаTuesday, August 22, 2017
Навигация
Главная
Интернет магазин
Видеонаблюдение
Спутниковое телевидение
Спутниковый интернет
Библиотека
Файловый архив
Часто задаваемые вопросы
Фотогалерея
Контакты
Поиск
Проверить свободный домен
Определить тИЦ и PageRank
§ 2. Общая характеристика коррупционной преступности
Основу криминологической характеристики коррупционной преступности обычно составляют данные уголовной статистики о ее качественных и количественных свойствах. Однако статистические показатели коррупционной преступности носят весьма неполный или некорректный характер, что может быть отчасти компенсировано результатами научных исследований.

В 1997 г. в России общий объем коррупционной преступности (в узком значении понятия), характеризуемый числом зарегистрированных преступлений, составил 14 304 (см.: Организованная преступность - 4. С. 268.), в том числе злоупотребление властью или служебным положением - 2848; незаконное участие в предпринимательской деятельности - 17; получение взятки - 3559; дача взятки - 2049, служебный подлог - 5831.

Суммарный объем числа зарегистрированных фактов уголовно наказуемой коррупции, несмотря на постоянно декларируемое внимание государства к этой проблеме, составил менее 0,5% общего объема зарегистрированной в 1997 г. преступности (см.: там же С. 268 -269.). В 1998 г. выявляемость традиционных коррупционных преступлений почти не увеличилась, за исключением взяточничества (см.: Состояние преступности в России за январь-декабрь 1998 года. С. 7.).

Интенсивность коррупционной преступности, зарегистрированной в России в 1997 г., характеризуемая коэффициентом в расчете на 100 тыс. человек, составила 9,7 преступления.
Однако корректнее рассчитывать специальный индекс коррупции, т.е. показатель числа коррупционных преступлений в расчете на 100 тыс. человек, осуществляющих государственные функции. В этом случае коэффициент интенсивности коррупции увеличился бы в 9 раз.

Динамика числа сопоставимых с наказуемыми по УК РФ зарегистрированных коррупционных преступлений в России в период между 1995 и 1996 г. характеризовалась темпом прироста в 9% (с 11 690 до 12 745). В период с 1996 по 1997 г эта тенденция усилилась - темп прироста объема зарегистрированной коррупционной преступности составил менее 12,2%, если не учитывать факта криминализации такого вида коррупционного преступления, как незаконное участие в предпринимательской деятельности.

Структура зарегистрированной коррупционной преступности в России в соотношении основных ее видов в 1997 г выглядела следующим образом: злоупотребление властью или служебным положением - 19,7%, дача и получение взятки - 39,2%, служебный подлог - 40,8%.

В сравнении с приведенной структура зарегистрированной коррупционной преступности за 1993 г. (см.: Преступность, статистика, закон. С. 203.) выглядела следующим образом: злоупотребление властью или служебным положением - 24,4%; взяточничество (получение взятки, посредничество во взяточничестве (В УК РФ 1996 г. посредничество по взяточничестве утратило значение самостоятельной разновидности взяточничества и рассматривается как пособничество в получении или даче взятки), дача взятки) - 39,4%; должностной подлог - 36,2%.

На формирование данной структуры влияют четыре фактора: эффективность выявления и расследования коррупционных преступлений, уровень латентности преступления, степень общественной опасности, традиционность.

Примерно одна треть от общего числа основных коррупционных преступлений совершена в составе организованных групп (см.: Организованная преступность // Российская газета. 1993 13 февр.).

Обязательный элемент криминологической характеристики коррупционной преступности - ее латентность, т.е. свойство неполноты регистрации официальной уголовной статистикой.

Для определения уровня латентности той или иной разновидности преступлений используются различные методы, однако чаще в этих целях используется метод экспертных оценок. Средний коэффициент латентности всех видов коррупционных преступлений в начале прошлого десятилетия в нашей стране составил 10 (см.: Бородин С. В. Борьба с преступностью: теоретическая модель комплексной программы. М., 1990. С. 60). Коэффициент латентности наиболее выявляемого вида коррупционных преступлений (взяточничества), по данным опроса экспертов, составил 18 (см.: Максимов С.В. Предупреждении коррупции. М., 1994. С. 14). Однако уже начиная с 1995 г. уровень латентности взяточничества оценивался коэффициентом, превышающим 2000 (см.: Преступность в России. Аналитическое обозрение. М., 1997. С. 3.).

Как правило, не более 20% лиц, выявленных в связи с совершением взяточничества, реально осуждаются к одной из мер уголовного наказания, в том числе к лишению свободы (см.: Преступность и правонарушения. М., 1993. С. 163.). Даже за получение взятки при отягчающих и особо отягчающих обстоятельства к наказанию в виде лишения свободы осуждаются не более половины виновных (см.: там же.). Данному феномену трудно найти легальное оправдание, особенно если учесть, что единственным основным видом наказания за взяточничество было лишение свободы.

Крайне низкий уровень выявляемости был характерен для таких коррупционных преступлений, как должностной (служебный - в УК РФ) подлог.

Общественная опасность коррупционных преступлений наиболее точно может быть измерена по средней величине тяжести наказаний, назначенных судами за преступления того или иного вида. Однако на практике, как уже отмечалось, подобные расчеты из-за сложности методики (Подробно существующая методика описана в работе: Эффективность общего предупреждения преступления М., 1992. С. 59 - 60.) обычно не выполняются. Тем не менее может быть использован косвенный показатель общественной опасности - сравнительный удельный вес наказания в виде лишения свободы. Например, в 1992 г. доля лиц, осужденных к наказанию в виде лишения свободы, среди всех осужденных за хищения государственного или общественного имущества, совершенные путем присвоения или растраты либо путем злоупотребления служебным положением, составила около 6%; среди осужденных за взяточничество - 32% (см.: Преступность и правонарушения. 1992. Статистический сборник М., 1993. С. 190-192.). Для сравнения: доля осужденных к лишению свободы среди всех осужденных за преступления в 1992 г. составила 36,5%. Из этого следует, что в правовой действительности наиболее опасные коррупционные преступления находятся примерно в середине шкалы общественной опасности современной преступности в России.

Территориальное распределение коррупционных преступлений в пределах Российской Федерации характеризуется существенными отличиями.
Например, наибольший коэффициент взяточничества в расчете на 100 тыс. населения в возрасте 16 лет и старше в 1992 г. на территории России был зарегистрирован в Калмыкии - 13,7; наименьший - на Сахалине - 0,5. Москва по этому показателю находится в середине списка - 4,41 (см.: Преступность и правонарушения. 1993. Статистический сборник М, 1994. С. 129-130.). Столь существенные колебания в территориальном распределении отдельных видов коррупционных преступлений, по нашему мнению, могут быть объяснены не столько социально-экономическими различиями, сколько традициями региональной уголовной политики в сфере борьбы с коррупционными преступлениями, которые сформировались задолго до начала нынешнего общего кризиса нашего общества.

Гость
Полезные ссылки:
Красивые заставки

Alyssa Milano - Алиса Милано

Alyssa Milano - Алиса Милано
Copyright X-COM Company © 2011

Rambler's Top100